Из жизни охотника.
Они уже несколько часов рыскали по лесу в поисках добычи. Один потягивал ноздрями воздух и пряный запах земли, другой всматривался в даль, сжимая цевье карабина. Зверя не было и на душе становилось мерзко и муторно, словно в неё засунули большую холодную лягушку. Совсем отчаявшись он уже решил, что день не задался и собирался окликнуть пса, как тот сделал стойку.
- Неужели, - мелькнуло в голове, заставив сердце бешено колотиться, разгоняя по венам адреналин.
- Кто там? - он положил руку на голосу пса. Тот же от нетерпения стал тихонько повизгивать.
Напряжение росло, слух сделался столь обострённым, что стало слышно даже шуршание травы под лапками многочисленных лесных насекомых. Наконец, словно гром литавр, в уши ворвалось едва слышное хрюканье.
- Кабан, - застучало в висках и лёгкий озноб пробежал сначала по его, а затем и по собачьему телу.
Он наклонился к собачьему уху и лишь одними губами прошептал.
- Возьми.
В ту же минуту эта пружина распрямилась, выбросив комок мышц и сухожилий в сторону источника звука. Мгновение спустя, лес наполнился захлёбывающимся, переходя чуть ли не во рвоту, лаем. Дрожащими руками он снял оружие с предохранителя и, царапая лицо до крови о сухие еловые ветки, бросился вслед за собакой. Лай покатился по лесу, удаляясь всё дальше в чащу...
Из жизни охотничьего пса.
Он был рождён охотничьем псом. Чистокровным. Столь чистокровным, что пробы ставить было негде. С многочисленными регалиями, доставшимися от родителей. Вот только природа слегка пошутила, создавая его и он, благодаря этой самой природе, был ленив и совершенно равнодушен к охоте. Что-то там в собачьей небесной канцелярии дало сбой, или собачьи ангелы что-то перепутали, раскладывая соответствующие собачьи качества, а может быть какой-нибудь кот всё это сотворил, сбросив бумаги на пол, но охотничьих качеств в нём не было. Позор семьи да и только. Его, словно какого-то мопса, больше тянуло к мягким подушкам, уютному дивану и к телевизору, по которому он с удовольствием смотрел канал "Дискавери", жмурясь от удовольствия, посасывая высушенное свиное ухо. Его частенько забавляла мысль о том, что где-то в чопорной интеллигентной семье живёт тот самый мопс, бродяга и охотник, который таскает своих родителей во всё тяжкое, возвращаясь к каждой прогулки урёпанный до состояния свиньи.
Псу не повезло лишь в одном: его хозяин был охотник.
Рванув через густой подлесок и оглашая лес лаем, он выскочил на небольшую полянку, где в куче прошлогодней листвы лежала дородная свинья. От неожиданности он даже перестал лаять. Подойдя ближе, он потянул воздух ноздрями.
- Ты что здесь делаешь? - поинтересовался он.
- Лежу, - взглянув на пса томным взглядом, произнесла та, - а вы чем занимаетесь?
- Мы, вообще-то, здесь охотимся, - пёс присел рядом принявшись рассматривать дородное тело хрюшки.
- Да? - она хрюкнула, перевернувшись на спину, - вы это называете охотой?
- Ну да. Вернее, это он так называет, - пёс махнул лапой в сторону где-то оставленного хозяина.
- Дурачок, - всё так же томно произнесла она, - разве это охота.
- А что же тогда такое охота? - в свою очередь поинтересовался он.
- Пойдём, я тебе расскажу, - она встала, стряхивая с себя пожухлые листья, - ты полай пока для него, для вида.
Так что же такое охота.
Он долго лазил по ельнику в поисках пса, который почему-то перестал лаять. Исцарапав в кровь лицо и руки, он, наконец-то, выполз из леса на лесную просеку. В следующее мгновение, от увиденного, ружьё выпало у него из рук. Посреди просеки, на мягкой подушки из мха, его пёс ублажал толстую кабаниху. Обхватив двумя лапами её необъятные телеса и высунув язык, он трудился, словно стахановец в забое. Из пасти валил пар, свинья от удовольствия похрюкивала.
- Это что такое? - всё, что он сумел выдавить, приходя в себя, от увиденного.
- Не мешай, - огрызнулся пёс, стараясь не упустить тело любимой из объятий.
- Что значит не мешай?! - голос хозяина сорвался до визга.
- Будь человеком, не мешай. Я же тебе не мешаю. Видишь дело к концу идёт.
Пёс конвульсивно дёрнулся, зажмурив глаза от удовольствия, блаженно выдохнул и опустился на землю.
- Ты прелесть, крошка, - он похлопал свинью по заднице, - как-нибудь увидимся.
- В любое время, - хмыкнула та и, вильнув завитушкой хвоста, перепрыгнув через канаву просеки, скрылась в лесу.
- Так, что это было? - хозяин вновь обратился к псу.
- Ну, подожди, не гони. У тебя, кстати, закурить не будет.
- Что?!
От неожиданности охотник сел на кромку просеки.
- Что, что, закурить.
Трясущимися руками тот достал пачку сигарет, сунул одну из них в рот и принялся прикуривать, чиркая спичкой по краю коробка. Спички ломались. Наконец, одна из них вспыхнула.
- Да не волнуйся ты так, - пёс взял сигарету у него изо рта и с наслаждением затянулся, - дело житейское, сам понимаешь.
- Я тебя застрелю, - охотник принялся шарить руками в поисках ружья.
- Ага, застрелю. Забыл сколько ты за меня вывалил? Да тебя жаба задушит. Я же элитный пёс, - он пустил кольцо дыма.
- Тогда продам, - вконец обмякнув, вымолвил тот.
- Интересно бы знать, под каким предлогом? С какой формулировочкой?
- Как не понимающего целей охоты.
Пёс рассмеялся, подавившись дымом.
- А вот мне кажется, что ты сам как-то неправильно понимаешь слово охота. Не тот смысл в него вкладываешь, что ли. А вот она мне всё объяснила, - он махнул в ту сторону, куда убежала свинья, - скажи честно, она - прелесть.
- Ну и что же такое охота? - совсем одуревший от всего увиденного, произнёс хозяин.
- Охота, это когда ей охота и тебе охота. Вот это - охота, - подытожил пёс, прикрыв рот хозяина лапой, - нет, она всё же прелесть. А то, чем ты занимаешься и меня с собою таскаешь, это немного иначе называется.
- И как же интересно бы знать это называется?
- Онанизм это, дружище. Это тоже она мне объяснила. Нет, она всё же прелесть...
